Болотное дело vs. амнистия: комментарии активистов и друзей подсудимых

Болотка Все фигуранты «Болотного дела» остаются в СИЗО и под домашними арестами до начала февраля следующего года. Второй месяц продолжается практически ежедневное публичное судилище над первыми двенадцатью фигурантами «дела».
19 сентября этого года Владимир Путин намекал на амнистию: «Я этого не исключаю, но надо дать возможность просто довести все необходимые процедуры до логического юридического завершения».
Возможна ли амнистия для всех фигурантов «Болотного дела»?

анна Анна Карпова, невеста находящигося в СИЗО фигуранта «Болотного дела» Алексея Гаскарова
Я, как и все арестанты и их родственники, очень надеюсь, что будет принято верное решение и мы скоро увидим ребят на свободе. Наша политическая реальность такова, что если мы хотя бы теоретически допускаем факт того, что что-то произойдет, значит, шанс, что оно произойдет, действительно есть.
СПЧ говорит о том, что они готовят широкую амнистию для тех, кто находится под следствием или осужден по ненасильственным статьям. «Узники Болотной» тогда в эту категорию не попадут. Но ни что не мешает провести амнистию по конкретным событиям, юридически это возможно. В любом случае у Крашенинникова на руках уже есть 11 других вариантов амнистии от разных фракций, среди которых есть проекты, предлагающие амнистию и по болотной. На носу Олимпиада, в Мурманске под арестом находятся граждане других стран, сидят почти 30 человек, которые выходили на митинг оппозиции, один из лидеров которой тоже ждет суда, известные уже на весь мир Маша и Надя вскрывают ужасы жизни в колонии. Все это уже похоже на Саус Парк, поэтому России сейчас очень необходим такой жест как политическая амнистия, и именно политическая, а не просто широкая. Поэтому я допускаю, что политтехнологи Кремля все-таки свой хлеб и шубохранилища отработают.

татьяна Татьяна Полихович, жена находящигося в СИЗО фигуранта «Болотного дела» Алексея Полиховича
Леша все правильно сказал: «Будет амнистия — вот и поговорим, а пока обсуждать нечего». Это же не первая заявка, была еще в мае, но она прошла мимо нас, «болотников». Комментарии Путина нас еще до добра не доводили 🙂 — в прошлом году нам прибавили статью 318. После приговора Мише Косенко вообще в позитивные моменты верится с трудом. Но надо бороться во всех направлениях, добиваться справедливости. Поэтому за амнистию активно выступают все, кто хочет, чтобы ребята побыстрее были на свободе.

анастасия Анастасия Рыбаченко, общественный активист, фигурант «Болотного дела»Анастасия Рыбаченко
Судя по всему, амнистия будет, но коснётся не всех. Во-первых, чисто по срокам больше всего шансов попасть под амнистию есть у 12 человек, дело которых сейчас слушается, потому что к 12 декабря, Дню Конституции, их процесс уже подойдёт к концу. Тот же Гаскаров, к примеру, к их числу не относится, так же как Удальцов и Развозжаев. Во-вторых, скорее всего, амнистию дадут только тем, кто уже получил приговор, а это уже мало относится ко мне. Я знаю, что следствие про меня не забыло: в материалах против других фигурантов «болотного дела» моя фамилия постоянно упоминается, кроме того, меня по-прежнему ищут, и в этом отношении моя ситуация стала даже хуже. Эта бюрократическая машина работает в том же направлении, в каком и работала, и никаких сигналов на смену курса нет. И если у 12 человек, на мой взгляд, действительно есть шансы выйте в декабре, то остальных будут мочить так же, как мочили, так что нам пока рано расслабляться.

цветков Алексей Цветков, писатель, общественный активист
Амнистировать всех или большинство задержанных активистов было бы самым разумным сейчас поступком власти. Власть могла бы повести себя в логике «доброго Царя» и тем самым усложнить свой имидж в сторону улучшения. Однако гораздо чаще она ведет себя в логике «с нами не шутят». Поэтому не было второго тура на выборах президента и мэра Москвы, поэтому Pussy получили срок и Надя отбывает его полностью. Т.е. послание власти таково: в обществе, которым мы управляем, ценится сила, а не мягкость, потому что мягкость будет воспринята как тактическое поражение. Любимый миф власти звучит так: страна разваливалась дважды (российская империя и советский союз) и оба раза по причине излишней мягкости и нерешительности государства. Эту «жесткую» линию принято ассоциировать с Володиным, тогда как более компромиссное и гуманитарное поведение власти связывают с Сурковым. Логика власти чаще исходит из того, что в стране нет гражданского общества и не с кем замиряться. И соответственно все действия тех, кто с этим не согласен, должны доказать власти обратное.

андрей Андрей Демидов, преподаватель, сопредседатель профсоюза «Учитель»
Мы все отдаем себе отчет, что наилучшим и справедливым вариантом было бы не амнистирировать, а просто прекратить уголовное дело за отсутствием состава преступления. Но так же мы понимаем, что на это дело налипло уже такое количество подтасовок, лжесвидетельсв и подделки доказательств, что оправдание фигурантов «Болтного дела» означало бы необходимость сажать состряпавших это дело прокуроров, следователей и судей. А о политическом ущербе для режима в целом я и не говорю. Но ущерб есть в любом случае. Каждый, кто каким-то образовм поинтересовался проходящим судом и обстоятельствами дела, а их уже не одна сотня тысяч, понимают, что людей просто взяли в заложники. Теперь непосредственная угроза штурма миновала и главный террорист может позволить себе заложников выпустить. Но понятно. что кампания общественная (и просто информационная работа множества самоотверженных людей) сыграла свою роль. И если ребят выпустят по амнистии (пусть амнистия предполагает прощение вины, которой здесь нет), я буду расценивать это как победу.

аркадий Аркадий Бабченко, журналист
Логика последнего времени показывает, что идет только усиление обвинительных приговоров, а не ослабление. Путину верить — себя не уважать. Владимир Владимирович много чего говорит, много на что намекает и много чего обещает. Только до дела ни разу не доходит. Он обещал, что не будет второго срока Ходорковскому, например. Также и здесь. Совершенно не важно, что он говорит по телевизору. Важно, что он говорит по телефону. И кому. Тем не менее, исключать полностью этот вариант я бы не стал. Теоретически, амнистия возможна. Если, скажем, Запад надавит перед Олимпиадой. Тогда, чтобы не обострять ситуацию, это возможно.

борис Борис Кагарлицкий, социолог, публицист
Амнистия по «Болотному делу» возможна в двух случаях: если внутри структур власти возобладает группировка, настаивающая на более гибких методах управления, или в том случае, если правящие круги будут чем-то серьезно напуганы. Пока последний вариант маловероятен, что же до первого, то, насколько я понимаю, разного рода «гуманистические» решения постоянно обсуждаются, но за ними нет достаточного аппаратного лобби, чтобы превратить проект в практическое решение.

дмитрий Дмитрий Борко, журналист, общественный защитник Александры Духаниной (Наумовой)
Теоретически — возможна. Хотя, и тут возникают юридические сложности: как я понимаю, предполагается достаточно широкая амнистия, а не конкретно объявленная по этому делу. В нашей новейшей истории уже были две «целевые» амнистии по крупным политическим проыессам — над членами ГКЧП и участниками событий октября 93-го. В этом смысле «болотники» могли бы продолжить славную традицию усилий на поддержание общественного мира и согласия. Но тогда это начинает прямо ассоциироваться с реально опасными и серьезными деяниями, поставившими в те годы страну на грань гражданской войны. Не уверен, что это — справедливое сравнение. Но в любом случае бы поддержал амнистию в при условии применения ее ко всем «болотникам» без исключения.
Возможности более радикального варианта решения проблемы (суд над властью) я сегодня просто не вижу. Однако, непонятно, кого предполагается амнистировать. На Косенко предлагаемая амнистия точно не может распространиться (он не имел приговора, а лишь направление на принудлечение, что отменяется не судебным решением, а медицинским). Путин уже поставил условие «прощения»: не участие в реальном насилии. Но 318 статья вменяется почти всем (большинству — бездоказательно). Я думаю, «ястребы» постараются на суде доказать, что насилие применяли все, и этим дело закончится. Я не верю в возможность амнистии, скорее — в вероятность достаточно мягких приговоров, что (к сожалению) устроило бы большинство — «либералов» и «ястребов» во власти, успокоило бы общественное мнение и т.п.

данни Данни Берковский, общественный активист, поэт
Я считаю, что сейчас ситуация непредсказуема. Представители нашей власти, в отличие от Миши Косенко, явно не вполне нормальные, и каждый день доказывают это. «Авось, государь помилует», — раздаётся в разных бложиках.
Авось-то авосем, но я скептически отношусь к заявлениям об амнистии из уст совершенно неадекватного человека, самодура. Самое страшное, что мы сейчас в положении жертвы и не можем дать по рукам кучке царьков, нарушающих закон. Можем только надеяться, ждать, просить. Стыдно, противно, досадно. Миша, прости нас.

зыков Дмитрий Зыков, журналист
Я думаю, что без серьёзной, действительно серьёзной и сильной общественной кампании в поддержку «болотных узников» они не будут амнистированы. Сейчас такой кампании нет. Большинству россиян не интересно это дело. В новейшей истории России есть два примера амнистий до суда по политическим делам. Это Дело ГКЧП и Дело Верховного Совета. Фигуранты этих дел были отпущены на свободу до начала судебных процессов.
Я думаю, в начале 1990-х Ельцин боялся, что его политические противники — деятели ГКЧП и Верховного Совета используют суд над собой как трибуну. Положение Ельцина было непрочным, и у ГКЧП и потом у Верховного Совета была большая поддержка в стране. Поэтому Ельцин решил не противиться амнистии, которую Верховный Совет провёл в отношении деятелей ГКЧП и, затем, Дума провела в отношении лидеров Верховного Совета. Сейчас суд на «болотными узниками» начался, и он не вызвал широкого резонанса в обществе. Власть не отпускает своих противников на свободу просто из добрых побуждений. Поэтому я скептически оцениваю вероятность амнистии по «Болотному делу»

Источник